Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Уоллис

Цивилизация закончилась на Самоа. Дальше мы шли двое суток до Токелау и трое - до Уоллиса. На Токелау высаживались только Лесной с Тёмой, помним про это из предыдущих серий, поэтому получается, что остальные члены экспедиции без малого неделю провели на яхте. Под конец у нас истощились почти все ресурсы - вода, газ, продукты, терпение. Накопились посты. Заработал автопилот, экипаж выскользнул из ежовых рукавиц дисциплины. Вечера начали проходить по одному сценарию - ужин, вино, сериалы. Надо ли говорить, что когда на горизонте появился остров Уоллис, команда бросила все дела и всемером собралась на палубе ждать прибытия до победного (а это часа три).


Уоллис выглядел настоящим раем. Лазурные лагуны, холмы, покрытые пальмами, людская речь отовсюду. Мы так сильно стремились в заветную гавань, что нарушили течение какого-то местного байдарочного соревнования, въехав шестнадцатиметровой яхтой прямо поперёк маршрута гонки.

Высадились и оказалось,что все надежды - тлен. Толкового интернета нет, отели все забиты под завязку гостями, собравшимися на локальные спортивные игрища, ресторан захудал и находится далеко. За совершенно конскую сумму денег мы наняли пикапчик и двинули вглубь острова на поиски благ современности.
Их не оказалось.

Глубокая ночь. Мы бредём по форменной украинской деревне, только вместо ёлок - силуэты пальм. У многих в руках мешки с грязным бельём. Брали в наивной надежде на прачечную, хаха. Хрипят какие-то свиньи в сараях, в одиноких домиках горят окошки. Нам еще идти приблизительно километр до развилки, а потом - по темноте куда-то влево. По дороге встречается сельпо, в ответ урчат животы, но мы не останавливаемся. Добираемся до кафе, где обещан ужин. В кафе подают сосиски, рис и сомнительной свежести салат. Общество не ропчет, общество с жадностью пожирает органику. По зрелому размышлению решено было завтра же махнуть на Фиджи.


Спать отправились на яхту. За в два раза большую сумму добрались на пикапчике до своего плавучего дома и увидели, что вода отошла на пятьдесят метров. Тузик, пришвартованный шестью часами ранее к торчащим из воды опорам на высоте человеческого роста, сиротливо шкрёб днищем сухой песок. Пока спускали его на воду, высветили фонарём на дне маленького ската.
Отрубились моментально, надо ли говорить.

  • Current Music
    Stereophonics – Maybe Tomorrow

настроение

.
Мы в Тихом океане уже четвертый день.
.
Самое моё любимое - ночные вахты с часу до четырех.
.
Извините, что опять пишу не про быт, просто это самое потрясающее, что есть сейчас в моей жизни.
.
Трудней всего - досидеть. Не заснуть, не начать раздражаться, что у тебя слипаются глаза и в них будто песка насыпали, что все спят, а ты как дурак кукуешь, что у всех будет с утра завтрак, а у тебя нет, потому что ты ляжешь всего за пару часов до него. После того, как через это прошел, начинается прекрасное.
.
На палубе кроме меня еще Норвежский. Мы едва разговаривали все эти десять дней с начала экспедиции. У нас, кроме Тёмы, наверное, вообще ничего общего в жизни нет. Но после ночных бдений, во время которых по-прежнему не было произнесено и десяти слов, наши отношения изменились. Вот этот пейзаж со всех сторон, он очень объединяет.
.

.
Даже не знаю, какое понятие здесь ключевое. Катарсис? Дзен? Вечность? Умиротворение, благость, безмятежность? Покой. Вот, покой, он самый.
.
Тишина, только легкий рокот моторов, ставший привычным, да плеск рассекаемой воды.
.
Луна в безоблачном небе. Силуэт Норвежского. И полная изоляция от внешнего мира.
.
Ни телефона, ни интернета, никаких привычных и родных связей. Никаких срочных дел, никаких бывших парней, никаких нынешних и потенциально претендующих; никакой дурацкой академии,  социальных проблем и памяти о былых поражениях. Перед лицом этой воды и этого неба ты никому ничего не должен.
Каждый человек должен испытать подобное.
И еще это комфортное, уже позабытое чувство, что всё так и должно было быть.

Спасибо, Тёма.
  • Current Music
    Royksopp - What Else Is There

Этнобытописание. День очередной.

На яхте интернета не было, а посты писались.

Выкладываю в хронологическом порядке с задержкой в пару дней.
***
Сегодня наш послений день на Раротонге и последний день в чудесной двухэтажной избушке среди пальм, где мы снимали, фотографировали, постили, твиттили, вконтактили, жгли, общались и дрыхли без задних ног.
.

.
В два часа дня в гавани нас встречает долгожданная яхта и начало, собственно, основного Этноэкспа, а до тех пор нужно совершить последние приготовления.
На Раротонге мы особенно полюбили одну кафешку, которую держали австралийцы.  Никаких кокосов и папайи, в меню разнообразные бургеры (шпинатный, я буду по тебе скучать!), салаты типа Цезаря и целая витрина вкуснющих капкейков.  Поскольку мы там останавливались не раз, моей целью было перепробовать их все. Розовый был настолько хорош, что Норвежский еще дня три дразнил мою привычку давать еде громкие метафоры, при каждом приеме пищи  спрашивая "а это блюдо настолько же божественно как какпкейк? а это?"
Потом был эпохальный поход за продуктами для путешествия, который существенно поправил экономику островов Кука.
Нам нужно было накупить еды на семь человек, а вкусы у всех разные и представления о том, что необходимо - тоже. Мы набрали четыре телеги провианта и отдельную телегу воды. Мы вынимали целые полки продуктов. Две кассирши в четыре руки пробивали и упаковывали наши покупки. Пропускная способность касс резко упала.  Нашим итоговым чеком можно было обмотать остров по периметру. Всех происходящее жутко радовало.
Потом явилась Джульетта.  Яхта небольшая, но очень красивая. Острые языки из "народа" тут же завистливо окрестили её "утлое судёнышко". Решено было отправляться на следующий день в шесть утра,  а пока  ночевать на судне, дабы было время привыкнуть к качке для начала в стоящей лодке.
Опыт был ужасен. Нам с Машей выпало сразу же готовить ужин. Шампиньоны и овощи, жареные на сковороде и отварную картошку. От тряски, насыщенного запаха еды и горячего воздуха у плиты меня сразу же замутило несмотря на антиукачивающий пластырь на шее. Каждые пять минут я бегала на ют дышать воздухом, с тоской смотреть на такой близкий еще берег и проклинать все ветра, которыми меня занесло в такую передрягу. Кое-как покормили заметно более зелёную, чем обычно, команду, разбрелись по каютам и завалились сдерживать рвотные позывы в горизонтальном положении.
На яхте есть дежурные и вахтённые. Дежурят комнатами, вахтуют вразброс. Дежурные готовят и убирают и назначаются на целый день. Стоять на вахте - означает управлять лодкой, корректируя её курс. Наш курс сегодня был 270*. Справа снизу около руля есть навигационный прибор, который эти градусы отображает и с ним можно сверяться. А можно просто смотреть на облачко на горизонте, находящееся в нужном направлении, и плыть на него.  Рулят час, час сидят рядом и наблюдают, нет ли опасности с какой-либо стороны, затем опять рулят и еще час сидят. Вахта одного человека в сутки длится четыре часа, время дня или ночи твоей смены фиксировано и меняться нельзя. Мне выпало рулить с двенадцати до четырёх, а Норвежскому с Полиной, например, придется бодрствовать рано утром.
Вообще, когда задумаешься о том, сколько воды вокруг, становится не по себе. Мы в открытом океане и лодку постоянно заваливает на правый борт почти плашмя. Зато тут только что промелькнула настоящая летучая рыба, а кое-кто из команды надеется увидеть кита.
Самое трудное для меня сейчас - рисовать здесь. Стоит только сконцентрироваться на крохотных штрихах на бумажонке перед собой и желудок возмущенно протестует. Монтировать видео в таких условиях тоже оказалось крайне тяжелой задачей. Мы с оператором светим фейсом цвета молодой капусты и вертим пальцем у виска в ответ на предложение что-то перекусить. Но работа есть работа, а тех кто не справляется отправят за борт на корм рыбам.
Очень здорово устроены многочисленные ящички и шкафчики внутри лодки. Они закрываются нажатием на кнопку и во время качки из них ничего не выпадает. Хотя кто-то из наших постоянно умудряется оставить какой-нибудь чайник или книгу на столе и при сильной волне из кают-компании слышен грохот падающих вещей. А один особо непослушный ящик двинул меня по пальцу так, что под ногтем образовалось фиолетовое облачко крови.
Ночная вахта прекрасна. Луна по-айвазовски выблескивает из пушистых облаков, острия звезд образовывают причудливые созвездия, вы на палубе вдвоем и единственные бодрствующие на яхте. В прорезь лестницы в кают-компании виден спящий Тёма, и когда я поворачиваю руль, лодка кренится, и я будто укачиваю отца-основателя нашей временной социальной ячейки в колыбели.
Довольно забавно ощущать себя изолированным от целого мира, быть крохотной былинкой посреди океана в чужом полушарии, знать, что где-то у твоих родных и знакомых утро и они едут в метро, покупают колу, отбывают свою рутину, а в это же время ты запросто можешь здесь и погибнуть, в равнодушной бескрайней воде.
.
Но у нас тут своя семья и своя иерархия. Свои обязанности, и мне очень нравится быть частью жизни этих людей.  Тёма - вожак стаи, он всех собрал, он всех балует и он же наказывает. Любые действия санкционируются у него. Норвежский - как старший брат для всех. Он постоянно подкалывает кого-нибудь и откровенно наслаждается свободой - например, ест всякую неполезную еду потому что это вкусно. Маша  -  связующее звено. Она выступает инициатором больше половины всех диалогов, постоянно задавая научные вопросы и интересуясь мнением наших старших. Игорь - дух трудолюбия экспедиции. Он чаще слушает, чем вступает в разговор, но подмечает малейшие детали происходящего и органично плетет из них видеоповествование наших приключений. Ну и я, которая постоянно совершает какие-то ляпы, фейлится и ведёт себя удручающе легкомысленно. Талисман команды, так сказать.


.
На яхте с нами есть еще Женя, её капитан, и Полина, жена капитана.
.
Женя настоящий морской волк. У него кирпичного цвета кожа, выгоревшие на солнце волосы и серьга в ухе. У него большие огрубевшие ладони и ступни. Он дружелюбен, говорит тихим голосом, но за этой простотой скрывается человек, взявший на себя ответственность за семерых членов экипажа, включая себя, красавицу-яхту  и ошибки нашего с ней обращения.
Его жена Полина напоминает бабочку. Лёгонькая, тоненькая, бесшумная, она - фея этого судна. И она прекрасно дополняет капитана.

Раратонга. День 2

этюд

На островах Кука девять часов. Сижу сейчас за завтраком, пишу пост. За балконом плещется океан, в воде видно громадных серебристых рыб размером с руку. На столе у меня папайя с кремом, кокос, куски апельсина, ананасовый сок и круассаны. И гигантский розовый цветок, который я сорвала с утра, когда ходила писать этюд.
Расскажу вам про вчерашний день, пока несут горячий блинчик под кофейным сиропом.
Проснувшись наутро в экзотическом местном отеле, экспедиция арендовала автомобиль и отправилась исследовать местность. Остров Раратонга крохотный - можно обойти пешком за пару часов или объехать по кругу за двадцать минут. Раньше это был вулкан, который бурно извергался, пока не застыл круговым наплывом, поэтому в центре острова высятся изломанные пики.
Эмоций было море. Я впервые увидела океан и все эти фантастические пальмы и гальку, состоящую из окаменелых кораллов и гигантские волны на горизонте, которые не достигают острова, потому что разбиваются о риф. Хотя цунами здесь не редкость и по периметру острова натыканы указатели, куда бежать в случае Волны.
Местное население - Маори - такое, каким его рисуют на картинках. Невысокие полные люди цвета кофе с молоком, обладатели широких носов и миндалевидных глаз отличаются повсеметсным благодушием. Девяносто процентов людей, которым я на радостях кричала "Хэлллоу!" и махала руками, ответили тем же. Остальные десять не расслышали. Они носят цветы за ушами, все, и мужчины и женщины, и передвигаются на скутерах.
Домишки и улочки невыразимо притягательны. Они какие-то искренние в своей обветренной двухэтажности, в вывесках, старательно раскрашенных от руки, в кокосах, лежащих повсюду, в шуме волн.  Мы были на кладбище - очень аккуратном и ухоженном, проходили мимо офиса премьер-министра и парламента островов Кука, а также мимо министерства юстиции - всё, кроме последнего, - одноэтажные деревянные здания с весёленькими занавесочками на окнах.
набросок
А еще мы видели зелёные бананы, растущие на дереве, и с ними по очереди фоткались.
Пообедать в городе днём нереально - тут сиеста. Все сидят по домам. Единственное, что нам удалось найти - жутчайшего вида забегаловку "Chicken Fries", где 24/7 подают холестерин с холестерином под холестериновым соусом и не существует салфеток; голодные местные псы запрыгивали к нам на стол, отчаявшись заполучить ломоть холестерина иным путём.
Пока мы катались, Тёма купил пять бутылок вина и положил в багажник. Маша исполняла роль джипиэс-навигатора и по карте озвучивала, куда ехать. Но, поскольку, команда мы еще не совсем сыгранная, Маша озвучивала так внезапно, а Тёма реагировал так быстро, разворачивая автомобиль на 160 градусов на ровном месте, что все эти раротонговские бутылки перекатывались из стороны в сторону по багажнику с отчаянным звоном. Мы с Норвежским предвкушали, как вот-вот что-нибудь побъется и нам мерещился звук вытекающего вина, но обошлось.
Вечером был ужин в ресторане рядом с отелем.
По такому случаю наш бессменный капитан принарядился в рубашку с огурцами. Пол ресторана усыпан океаническим песком и жутко мне понравился, можно было сидеть босиком и строить ногами туннели под столом, пока за ним ведутся околонаучные беседы.
Без имени-1