Category: корабли

Category was added automatically. Read all entries about "корабли".

Коробка с артефактами (ч. 2)





Смотрела недавно, как дядька играет в Супер Марио,
и чета пришла мне в голову ассоциация реликвий из океанического трипа с игровыми айтемами.

реликвии

Итак, легенда и абилки:

Значок клуба "Морские Практики"

Выдаётся главной героине Капитаном после завершения всех квестов на яхте.
Слабый артефакт.
+0.25 к удаче перманентно при пребывании на судне любого типа.
Стоимость: $0,99


Смартфон "Асер"

Инструмент твиттеринга и инстаграмминга, даётся по дефолту при прохождении главы "ТихоокеанЭтноЭксп" в режиме "иллюстратор-бытописатель", после окончания главы остается в инвентаре.
Стоимость: $300


Бирдекель из бистро "Татау"

Бесфункциональный объект среды.
При контакте вызывает легкий ностальгический эффект.
Стоимость: 0


Этническая тряпочка

Кусок полотна, расписанный узором из пальмовых листьев на Американском Самоа.
Очень слабый артефакт.
Конвертирует 1 поинт комфорта в 0,2 поинта привлекательности.
Активен только в тёплое время года.
Статус объекта: экзотический
Стоимость: $10


Синяя зажигалка

Ржавая зажигалка без газа. Единственный айтем в инвентаре NPC Феди, доступ к которому открывается после удачного выполнения миссий "Скотина, ты же меня любишь", "Сейчас четыре часа ночи, я никуда не поеду" и "Уломай своего парня встретиться в первый раз в жизни".
Прибавляет +1 к желанию кое-кого придушить, если попадает в поле зрения.
Стоимость: 0


Бирка от Тёминой рубашки

Даётся в качестве стартового айтема в квесте "Сумасшедшая поклонница". Если подобрать этот предмет в кубрике яхты, узнаешь следующую историю: Артемий Лебедев предпочитает выбрасывать грязные футболки по мере пачканья вместо того, чтобы везти домой через весь земной шар. Миссия: проследить и выкрасть грязную футболку (останется в инвентаре).
В случае успеха: +1 к настроению пожизненно, -200 к репутации при разоблачении. Миссия не выполнена.
Стоимость: 0



  • Current Music
    Naughty Boy Ft. Sam Smith – LaLaLa

Уоллис

Цивилизация закончилась на Самоа. Дальше мы шли двое суток до Токелау и трое - до Уоллиса. На Токелау высаживались только Лесной с Тёмой, помним про это из предыдущих серий, поэтому получается, что остальные члены экспедиции без малого неделю провели на яхте. Под конец у нас истощились почти все ресурсы - вода, газ, продукты, терпение. Накопились посты. Заработал автопилот, экипаж выскользнул из ежовых рукавиц дисциплины. Вечера начали проходить по одному сценарию - ужин, вино, сериалы. Надо ли говорить, что когда на горизонте появился остров Уоллис, команда бросила все дела и всемером собралась на палубе ждать прибытия до победного (а это часа три).


Уоллис выглядел настоящим раем. Лазурные лагуны, холмы, покрытые пальмами, людская речь отовсюду. Мы так сильно стремились в заветную гавань, что нарушили течение какого-то местного байдарочного соревнования, въехав шестнадцатиметровой яхтой прямо поперёк маршрута гонки.

Высадились и оказалось,что все надежды - тлен. Толкового интернета нет, отели все забиты под завязку гостями, собравшимися на локальные спортивные игрища, ресторан захудал и находится далеко. За совершенно конскую сумму денег мы наняли пикапчик и двинули вглубь острова на поиски благ современности.
Их не оказалось.

Глубокая ночь. Мы бредём по форменной украинской деревне, только вместо ёлок - силуэты пальм. У многих в руках мешки с грязным бельём. Брали в наивной надежде на прачечную, хаха. Хрипят какие-то свиньи в сараях, в одиноких домиках горят окошки. Нам еще идти приблизительно километр до развилки, а потом - по темноте куда-то влево. По дороге встречается сельпо, в ответ урчат животы, но мы не останавливаемся. Добираемся до кафе, где обещан ужин. В кафе подают сосиски, рис и сомнительной свежести салат. Общество не ропчет, общество с жадностью пожирает органику. По зрелому размышлению решено было завтра же махнуть на Фиджи.


Спать отправились на яхту. За в два раза большую сумму добрались на пикапчике до своего плавучего дома и увидели, что вода отошла на пятьдесят метров. Тузик, пришвартованный шестью часами ранее к торчащим из воды опорам на высоте человеческого роста, сиротливо шкрёб днищем сухой песок. Пока спускали его на воду, высветили фонарём на дне маленького ската.
Отрубились моментально, надо ли говорить.

  • Current Music
    Stereophonics – Maybe Tomorrow

День в океане. Токелау

Этот день был днём отмены вахт и сдачи капитана.

Из-за невозможности просто приплыть и высадиться на чужом острове ночью (таможня там, все дела), мы до рассвета легли в дрейф. Намотали петель на ровном месте, а к утру распогодилось и ветер исчез вообще.
Как заставить матросов рулить, если рулить некуда? Если лодка сама себе, покачиваясь, тихонько скрипит колыбельную, а волна и не думает её будить? Женя просто махнул рукой, мол, карп с вами, поставлю автопилот, только не спите постоянно кто-нибудь один на всякий случай.
С утра боевая часть отряда поехала на тузике десантироваться на Токелау. Их план был дерзким и наглым: раз на высадку не дают разрешения, высадиться без него, побегать-поснимать, сколько получится, а потом сдаться властям (если те вообще что-то заметят). Когда еще, в самом деле, случится оказия проплыть мимо острова, на котором за всю историю от силы побывало белых людей человек триста.
А мы тем временем, с разрешения капитана, сигали бомбочкой с кормы Джульетты и чувствовали себя вполне счастливо.
И весь день неспешно шли на автопилоте через океан. Вахты остались, но более условные - необходимо было просто смотреть, нет ли какого судна на горизонте. Кто рисовал, кто монтировал, кто просто кино смотрел.

якорьки



В прошлый раз в комментариях подали прекрасную идею - нарисовать Полину. У неё очень интересная внешность, а я всё незаслуженно вниманием её обхожу.

Так что вот, Полина Шкаруба в роли... ммм... владычицы морской.

Полина

Цезарь ею гордится

  • Current Music
    Реквием по мечте (Dub Step Remix)

Переход на яхте.

Подъем в шесть утра и очередной выход на Джульетте. Как говорит наш капитан, после пребывания на суше, моряки резко забывают необходимые на судне навыки. Так с нами и случилось. После совершенно позорной швартовки для заправки и через пень-колоду поднятия нужных парусов, мы все же попали в открытый океан.
Несмотря на катастрофическую жару (парило перед дождем), настроение у экипажа было приподнятым. Все-таки, на Американском Самоа нам очень понравилось.
На завтрак мы организовали спелую папайю с лимонным соком и мелкие местные бананчики размером с яйцо. Про бананы все знают, да? В местах произрастания их срывают зелёными, грузят на большие медленные корабли, которые идут по несколько месяцев, потом на месте прибытия обрабатывают специальным газом, который заставляет их созревать практически моментально - и вот, на киевские или московские прилавки бананы попадают спелыми. А как быть, если ты хочешь банан на тропическом острове?
Тут продаются два вида - большие зелёные, рассчитанные на последующую термическую обработку, и маленькие жёлтые, "реди-ту-ит". Они настолько забавно выглядят - ухохочешься (это стало неисчерпаемым кладезем острот и шуток для Норвежского примерно часа на два), как четверть обычного банана с полноценным хвостиком и носиком. А еще они на вкус напоминают яблоко.

Без-имени-3

Вообще, знаете что? Кушать мелкие бананчики и папайю из большой миски вилочкой, забравшись с ногами под навес кокпита яхты в Тихом океане, (потому что снаружи идёт дождь), пока бравый капитан её ведёт через шторма - офигенно.
итлдж
И вообще, мы нашли общий язык с Тёмой. Он очень лёгкий на подъем, ко многим вещам относится без предубеждения и это располагает. Например, оставляет машину открытой или кладет фотик где попало, будучи абсолютно уверенным, что "да не спиздят его", выкидывает футболки вместо того, чтобы их стирать, ходит в трофейных самоанских бусах и не лезет за словом в карман. Еще с ним можно чем-нибудь поменяться в любой момент. Просто говоришь "махнёмся местами?" за столиком в кафешке - и он соглашается, потому что это забавно. А еще его можно дёрнуть за ухо - и ничего страшного не произойдёт. Главное, чтобы в этот момент у него были заняты руки, а то схлопочешь сдачи.

*
Переход до Самоа короткий, часов десять. Решено было провести эксперимент и не клеить антиукачивающий пластырь  (который действует несколько дней и содержит достаточно агрессивное активное вещество). Мой эксперимент провалился - без пластыря на яхте невозможно заниматься чем-либо, требующим мелкой моторики, и не заблевать всё вокруг. Хотя это не у всех так.
Словили двух тунцов. Загадка, зачем на яхте хранится существенный запас китайских палочек, соевый соус и васаби, решилась - капитан мелко режет филе свежевыловленной рыбы и получается сашими. Из головы варится суп. Я, разумеется, такое есть отказалась, что стало причиной просто безудержного веселья Норвежского, который троллил моё вегетарианство вдоль и поперёк и прохаживался по нему всей мощью скучающего от безделья эрудированного интеллекта. Когда выяснилось, что одна из рыбин была самкой и в ней полно икры и что, на мой взгляд, мы совершаем преступление против природы, убивая живых существ, не выдержал и Тёма, присоединившись к  Лесному в праведном деле искоренения глупых предрассудков путём иронизирования и стёба.

Тем временем, яхта уже вплотную приблизилась к острову. В прошлый раз было Американское Самоа, в этот раз - просто Самоа. Пейзаж открывался чисто акварельный. Несколько планов холмов, меркнущих один за другим в вечернем тумане и мельтешащие сквозь дымку огоньки города.

Планировалось по-быстрому причалить и отправиться в гостиницу. Но не тут-то было. Для начала, на пристани не было места для парковки. Капитану пришлось проделать поистине ювелирный манёвр, швартонув немаленькую, в сущности, Джульетту практически вплотную между опорными стойками пристани и яхтой какого-то француза. Последний был ловок как мартышка - когда он увидел, что его малютку могут зацепить, он моментально взобрался по нашему борту, пробежался по палубе, разбрасывая кранцы, которые, казалось, из-под его рук сами обвязывались вокруг лееров, и в какой-то момент даже успел вырасти передо мной, ослепительно улыбнуться и представиться "хелло, айм Алекс".
Алекс же нам и рассказал про таможню. Что с ней-де всё строго, что уже все спят, и что до завтрашнего утра нам порт не покинуть. Мы спрашивали, можно ли пробраться как-то тайком (очень уж хотелось ночевать на суше), но француз был непреклонен. "You must respect the country", он говорил, "if you need food or something, I can give you mine".
Но Тёма все-таки рискнул выбраться. Гостиница была забронирована и оплачена на эту ночь и он решил попытаться спасти деньги. Мы все за него очень переживали - вдруг в следующий раз увидим его в местной тюрьме? За окном сгущалась ночь и капал дождь.
Остались ночевать на яхте. Очень странное ощущение - по привычке хватаешься за поручни и падаешь на предметы интерьера, а яхту-то не шатает.  Поскольку плита находилась в горизонтальном положении и стол тоже стоял незыблемо, мы с огромным удовольствием приготовили полноценный ужин, сделали салат и достали свои самые вкусные ништяки. К этому времени вернулся мокрый до нитки но довольный собою Тёма. которому методом нечеловеческой хитрости и комбинаторики удалось не только снять бронь в отеле, но даже затариться в местном магазине.
После роскошного ужина мы смотрели старую экранизацию "Старика и моря" 58-го года. Очень уместно для яхтенного путешествия. Правда, в нашей компании дизайнеров, операторов и острословов процесс просмотра скатился в беспощадную критику фильма покадрово.


Боевое-крещение

 

настроение

.
Мы в Тихом океане уже четвертый день.
.
Самое моё любимое - ночные вахты с часу до четырех.
.
Извините, что опять пишу не про быт, просто это самое потрясающее, что есть сейчас в моей жизни.
.
Трудней всего - досидеть. Не заснуть, не начать раздражаться, что у тебя слипаются глаза и в них будто песка насыпали, что все спят, а ты как дурак кукуешь, что у всех будет с утра завтрак, а у тебя нет, потому что ты ляжешь всего за пару часов до него. После того, как через это прошел, начинается прекрасное.
.
На палубе кроме меня еще Норвежский. Мы едва разговаривали все эти десять дней с начала экспедиции. У нас, кроме Тёмы, наверное, вообще ничего общего в жизни нет. Но после ночных бдений, во время которых по-прежнему не было произнесено и десяти слов, наши отношения изменились. Вот этот пейзаж со всех сторон, он очень объединяет.
.

.
Даже не знаю, какое понятие здесь ключевое. Катарсис? Дзен? Вечность? Умиротворение, благость, безмятежность? Покой. Вот, покой, он самый.
.
Тишина, только легкий рокот моторов, ставший привычным, да плеск рассекаемой воды.
.
Луна в безоблачном небе. Силуэт Норвежского. И полная изоляция от внешнего мира.
.
Ни телефона, ни интернета, никаких привычных и родных связей. Никаких срочных дел, никаких бывших парней, никаких нынешних и потенциально претендующих; никакой дурацкой академии,  социальных проблем и памяти о былых поражениях. Перед лицом этой воды и этого неба ты никому ничего не должен.
Каждый человек должен испытать подобное.
И еще это комфортное, уже позабытое чувство, что всё так и должно было быть.

Спасибо, Тёма.
  • Current Music
    Royksopp - What Else Is There

Квинтэссенция бытия

Некоторым, чтобы напитаться первозданной Силой нужно постоять голышом под ливнем или вобрать мощь грозы. Некоторым - побегать по утренней росе. Некоторым достаточно помедитировать в уединении. Моим методом раньше были скоростные даунхилы на мтб.
Сегодня я поняла, что впечатления от езды на байке -  ничто по сравнению с управлением яхтой.  Ночью, посреди трансцедентного океана, двигаясь из ниоткуда в никуда (впечатление, будто лодка от воды отталкивается, но с места не сходит), с ощутимым усилием поворачивая штурвал, ты вдыхаешь жизнь в гигантскую махину, в урчащее доисторическое животное, надуваешь ветром его перепончатые крылья, и оно, подхватывая тебя, несется над водной бездной со скоростью, олицетворяющей саму жизнь.
Я казалась себе продолжением яхты, балансируя на полусогнутых в противовес её метаниям. Быть частью чего-то настолько необузданного и грациозного - это вдохновляет.

Этнобытописание. День следующий.

На яхте существует огромное множество красивых и не бессмысленных традиций. Одна из них - собираться на завтрак обязательно всем вместе. Всей командой. Дальше можно делать что хочешь, но увидеть друг друга все должны хотя бы раз в день.
Готовить еду во время перехода очень трудно - из-за качки всё, что находится на плите, в том числе раскалённые сковородки и кастрюли с кипятком, может опрокинуться на вас. Поэтому люди предпочитают обходиться сухим пайком. Первые два дня это терпимо, но наш переход до Нимуэ угрожает затянуться дней на пять.

Сегодня с утра подняли спонсорский парус. Яхту будто включило, она помчалась  в два раза быстрее, но управляемость упала и нашим неопытным матросам было трудно с ней справиться.
Капитан учил нас вязать хитроумные узлы из тросов. Всего нужно знать восемь, мы оттачивали первые три, это "восьмерка", "прямой" и "шкотовый". Узлы нужны, чтобы правильно фиксировать и соединять между собой все эти канаты, которыми приводится в действие "вооружение" судна, то бишь паруса.
На солнце обгорели все. В этих широтах оно куда более агрессивное, чем на родине. Да еще и озоновый слой, по словам ученой, именно над нашим маршрутом тоньше. Мажемся кремами в несколько слоёв, надеваем рубашки и штаны с длинным рукавом, но тех, кто стоит на вахте в самый солнцепёк это не спасает.
Из хороших новостей - мы с оператором уже немного приспособились исполнять свои обязанности в условиях качки и не бегать блевать при виде ноутбука.  Из плохих - в открытом океане все ещё страшновато. Я стараюсь не думать об этом. Случись что -  помощи ждать неоткуда.
Сейчас у вас половина одиннадцатого утра,  а у нас глубокая ночь. Мы мчимся в темноте посреди пенистой воды, нас трое на кокпите, Маша, Полина  и я. Лодку уверенно ведёт Тёма. Он практически не смотрит на навигационные приборы, руководствуясь одному ему известным ориентиром и многолетним водительским стажем. Позади него развевается флаг, хромированные элементы оснащения поблескивают в лунном свете. Играет ненавязчивый рок.  Есть в этом моменте  что-то эпическое.

Этнобытописание. День очередной.

На яхте интернета не было, а посты писались.

Выкладываю в хронологическом порядке с задержкой в пару дней.
***
Сегодня наш послений день на Раротонге и последний день в чудесной двухэтажной избушке среди пальм, где мы снимали, фотографировали, постили, твиттили, вконтактили, жгли, общались и дрыхли без задних ног.
.

.
В два часа дня в гавани нас встречает долгожданная яхта и начало, собственно, основного Этноэкспа, а до тех пор нужно совершить последние приготовления.
На Раротонге мы особенно полюбили одну кафешку, которую держали австралийцы.  Никаких кокосов и папайи, в меню разнообразные бургеры (шпинатный, я буду по тебе скучать!), салаты типа Цезаря и целая витрина вкуснющих капкейков.  Поскольку мы там останавливались не раз, моей целью было перепробовать их все. Розовый был настолько хорош, что Норвежский еще дня три дразнил мою привычку давать еде громкие метафоры, при каждом приеме пищи  спрашивая "а это блюдо настолько же божественно как какпкейк? а это?"
Потом был эпохальный поход за продуктами для путешествия, который существенно поправил экономику островов Кука.
Нам нужно было накупить еды на семь человек, а вкусы у всех разные и представления о том, что необходимо - тоже. Мы набрали четыре телеги провианта и отдельную телегу воды. Мы вынимали целые полки продуктов. Две кассирши в четыре руки пробивали и упаковывали наши покупки. Пропускная способность касс резко упала.  Нашим итоговым чеком можно было обмотать остров по периметру. Всех происходящее жутко радовало.
Потом явилась Джульетта.  Яхта небольшая, но очень красивая. Острые языки из "народа" тут же завистливо окрестили её "утлое судёнышко". Решено было отправляться на следующий день в шесть утра,  а пока  ночевать на судне, дабы было время привыкнуть к качке для начала в стоящей лодке.
Опыт был ужасен. Нам с Машей выпало сразу же готовить ужин. Шампиньоны и овощи, жареные на сковороде и отварную картошку. От тряски, насыщенного запаха еды и горячего воздуха у плиты меня сразу же замутило несмотря на антиукачивающий пластырь на шее. Каждые пять минут я бегала на ют дышать воздухом, с тоской смотреть на такой близкий еще берег и проклинать все ветра, которыми меня занесло в такую передрягу. Кое-как покормили заметно более зелёную, чем обычно, команду, разбрелись по каютам и завалились сдерживать рвотные позывы в горизонтальном положении.
На яхте есть дежурные и вахтённые. Дежурят комнатами, вахтуют вразброс. Дежурные готовят и убирают и назначаются на целый день. Стоять на вахте - означает управлять лодкой, корректируя её курс. Наш курс сегодня был 270*. Справа снизу около руля есть навигационный прибор, который эти градусы отображает и с ним можно сверяться. А можно просто смотреть на облачко на горизонте, находящееся в нужном направлении, и плыть на него.  Рулят час, час сидят рядом и наблюдают, нет ли опасности с какой-либо стороны, затем опять рулят и еще час сидят. Вахта одного человека в сутки длится четыре часа, время дня или ночи твоей смены фиксировано и меняться нельзя. Мне выпало рулить с двенадцати до четырёх, а Норвежскому с Полиной, например, придется бодрствовать рано утром.
Вообще, когда задумаешься о том, сколько воды вокруг, становится не по себе. Мы в открытом океане и лодку постоянно заваливает на правый борт почти плашмя. Зато тут только что промелькнула настоящая летучая рыба, а кое-кто из команды надеется увидеть кита.
Самое трудное для меня сейчас - рисовать здесь. Стоит только сконцентрироваться на крохотных штрихах на бумажонке перед собой и желудок возмущенно протестует. Монтировать видео в таких условиях тоже оказалось крайне тяжелой задачей. Мы с оператором светим фейсом цвета молодой капусты и вертим пальцем у виска в ответ на предложение что-то перекусить. Но работа есть работа, а тех кто не справляется отправят за борт на корм рыбам.
Очень здорово устроены многочисленные ящички и шкафчики внутри лодки. Они закрываются нажатием на кнопку и во время качки из них ничего не выпадает. Хотя кто-то из наших постоянно умудряется оставить какой-нибудь чайник или книгу на столе и при сильной волне из кают-компании слышен грохот падающих вещей. А один особо непослушный ящик двинул меня по пальцу так, что под ногтем образовалось фиолетовое облачко крови.
Ночная вахта прекрасна. Луна по-айвазовски выблескивает из пушистых облаков, острия звезд образовывают причудливые созвездия, вы на палубе вдвоем и единственные бодрствующие на яхте. В прорезь лестницы в кают-компании виден спящий Тёма, и когда я поворачиваю руль, лодка кренится, и я будто укачиваю отца-основателя нашей временной социальной ячейки в колыбели.
Довольно забавно ощущать себя изолированным от целого мира, быть крохотной былинкой посреди океана в чужом полушарии, знать, что где-то у твоих родных и знакомых утро и они едут в метро, покупают колу, отбывают свою рутину, а в это же время ты запросто можешь здесь и погибнуть, в равнодушной бескрайней воде.
.
Но у нас тут своя семья и своя иерархия. Свои обязанности, и мне очень нравится быть частью жизни этих людей.  Тёма - вожак стаи, он всех собрал, он всех балует и он же наказывает. Любые действия санкционируются у него. Норвежский - как старший брат для всех. Он постоянно подкалывает кого-нибудь и откровенно наслаждается свободой - например, ест всякую неполезную еду потому что это вкусно. Маша  -  связующее звено. Она выступает инициатором больше половины всех диалогов, постоянно задавая научные вопросы и интересуясь мнением наших старших. Игорь - дух трудолюбия экспедиции. Он чаще слушает, чем вступает в разговор, но подмечает малейшие детали происходящего и органично плетет из них видеоповествование наших приключений. Ну и я, которая постоянно совершает какие-то ляпы, фейлится и ведёт себя удручающе легкомысленно. Талисман команды, так сказать.


.
На яхте с нами есть еще Женя, её капитан, и Полина, жена капитана.
.
Женя настоящий морской волк. У него кирпичного цвета кожа, выгоревшие на солнце волосы и серьга в ухе. У него большие огрубевшие ладони и ступни. Он дружелюбен, говорит тихим голосом, но за этой простотой скрывается человек, взявший на себя ответственность за семерых членов экипажа, включая себя, красавицу-яхту  и ошибки нашего с ней обращения.
Его жена Полина напоминает бабочку. Лёгонькая, тоненькая, бесшумная, она - фея этого судна. И она прекрасно дополняет капитана.